Судебная практика по делам о возмещении вреда здоровью граждан, причиненного ненадлежащим оказанием сестринской услуги - Приказы Минздрава - Библиотека - Информационный портал для медицинских сестёр
Приветствую Вас, Гость! Регистрация RSS

Информационный портал для медицинских сестёр

Суббота, 10.12.2016
Главная » Файлы » Приказы Минздрава

Судебная практика по делам о возмещении вреда здоровью граждан, причиненного ненадлежащим оказанием сестринской услуги
12.06.2011, 19:31
| Журнал "Главная медицинская сестра"
Тема: Организация работы медицинских отделений и служб, Обеспечение качества медицинской помощи, Квалификация персонала
Источник: Журнал "Главная медицинская сестра",№12-2009
Автор: Цыганова О.А., Светличная Т.Г.


В течение последних лет отмечается значительный рост правовой грамотности и активной позиции граждан, которые непосредственно инициируют решение вопросов, связанных с защитой своих прав, в том числе на получение медицинской помощи надлежащего качества.

Законодательной основой охраны здоровья в нашей стране являются, прежде всего, Конституция РФ и Гражданский кодекс РФ. Правовые нормы, касающиеся защиты прав граждан при оказании медицинской помощи, регулируются также законами РФ "Основы законодательства об охране здоровья граждан”, "О медицинском страховании граждан в РФ” и др.

Предметом данного исследования является гражданско-правовая ответственность учреждений здравоохранения. Согласно ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Таким образом, гражданско- правовую ответственность за вред, причиненный жизни или здоровью пациента, действиями или бездействием медицинских работников несет учреждение здравоохранения.

Возмещение причиненного вреда может производиться в виде компенсации материального ущерба и морального вреда. Согласно ст. 1085 ГК РФ в качестве материального ущерба компенсации подлежат утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Размер компенсации морального вреда согласно ст. 1101 ГК РФ определяется судом в зависимости от характера причиненных потер- певшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Количество судебных исков о компенсации вреда, причиненного жизни или здоровью граждан, в последнее время неуклонно растет. Увеличиваются и суммы денежных выплат по этой категории исков. Так, при анализе судебной практики "медицинских” дел в Архангельской области за последние 10 лет авторами выявлен рост денежных выплат истцам в 16,7 раза.

Судебные иски, связанные с ненадлежащим качеством оказания медицинской помощи средним медицинским персоналом, составляют 3,7% всех судебных претензий к медикам (2 случая).

Первый иск был подан в 1999 г. в Ломоносовский районный суд г. Архангельска. Истица Н. обратилась в суд с иском к одной из поликлиник города о возмещении материального ущерба в размере 141 руб. и морального вреда в размере 15 000 руб. в связи с причинением вреда здоровью ненадлежаще оказанной медицинской помощью. Судом установлено, что 20 ноября 1997 г. истице по назначению врача участковой медсестрой была сделана инъекция реопирина. 24 ноября Н. обратилась к хирургу с жалобами на болезненное уплотнение на ягодице. До 4 декабря Н. лечилась амбулаторно, а затем была направлена в городскую больницу для оперативного лечения постинъекционного некроза, абсцесса левой ягодицы. Путем опроса свидетелей выяснено, что и до 20 ноября истице вводили реопирин: Н. показывала терапевту, пришедшему на вызов, пустые ампулы. 18 ноября инъекцию делала на дому другая медсестра этой же поликлиники, а 16 ноября – медицинская сестра другого учреждения здравоохранения.

Согласно законодательству компенсация вреда, причиненного жизни или здоровью, возможна при соблюдении четырех условий:
противоправные действия медицинских работников;
вред, причиненный здоровью или жизни пациента;
причинно-следственная связь между действиями и вредом;
вина медицинских работников.
В данном случае вред здоровью пациентки был подтвержден выпиской из стационара о проведенном операционном лечении. Для доказательства противоправных действий и причинно-следственной связи с вредом суд назначил судебно-медицинскую экспертизу и поручил ее проведение Архангельскому областному бюро судебно-медицинской экспертизы. В определении суда экспертам был задан следующий вопрос: что привело к постинъекционному некрозу и абсцессу левой ягодицы Н.? На основании анализа материалов дела эксперты пришли к заключению, что возникновение очага асептического воспаления в зоне инъекции у Н. связано с введением реопирина, являющегося труднорассасывающимся лекарственным средством. Из данных медицинской карты пациентки следует, что в течение последних лет ей не однократно назначали курсы внутримышечных препаратов. В связи с этим в местах инъекций могли возникнуть фиброзно-склеротические изменения тканей, что послужило анатомической предпосылкой возникновения в последующем постинъекционных осложнений. Факт заноса инфекции во время инъекции реопирина достоверного подтверждения не получил. При бактериологическом исследовании гноя был выделен возбудитель гнойного процесса – стрептококк группы D (энтерококк), который является обитателем кишечника человека. Следовательно, причиной, вызвавшей абсцесс, могло стать самоинфицирование. Таким образом, судебно-медицинские данные, достоверно свидетельствующие о наличии прямой причинно-следственной связи между действиями медицинских работников и возникшим у Н. гнойным осложнением, потребовавшим хирургического вмешательства, не были установлены.

Далее суд исследовал виновность медсестры в возникновении постинъекционного некроза и вынес заключение об отсутствии подтверждения данного обстоятельства в ходе судебного разбирательства. Суд решил, что медсестра проявила должную степень заботливости и осмотрительности, которая требовалась от нее по характеру должностных обязанностей.

На основании отсутствия доказательств причинно-следственной связи между действиями медицинского работника и вредом для пациента, а также вины причинителя вреда суд решил отказать в иске о возмещении материального ущерба и морального вреда. Данное решение суда было принято обеими сторонами. Кассационную жалобу на решение районного суда истица не подавала.

Второй иск по возмещению вреда, причиненного действиями медицинского работника среднего звена, был подан в 2004 г. в один из районных судов Архангельской области. Истица М. обратилась с иском к центральной районной больнице о возмещении материального ущерба в сумме 1595 руб. и морального вреда в сумме 50 000 руб. по основаниям повреждения здоровья инъекцией хлористого кальция в период лечения.

Ответчик в лице центральной районной больницы иск (а значит, и вину своего работника) признал и согласился принять условия мирового соглашения, предложенного истицей. По условиям данного соглашения ответчик взял на себя обязательства по выплате истице в течение 3 мес. 15 000 руб. в порядке возмещения морального вреда и проведе- нию в течение 1 мес. медико-социальной экспертизы для решения вопроса о возможности признания ее инвалидом III группы. Суд принял определение об утверждении мирового соглашения сторон.

Лечебное учреждение приняло единственно верное в данном случае решение о заключении мирового соглашения. Основанием для его принятия послужило отсутствие сомнений у обеих сторон в наличии всех четырех вышеперечисленных оснований гражданско-правовой ответственности. В результате ЛПУ не понесло денежных расходов на проведение судебно-медицинской экспертизы и временны′ х затрат на участие в судебном процессе. Кроме того, признание ответчиком собственной вины, компенсация пациенту причиненного ущерба и достойное поведение представителя учреждения здравоохранения в судебном заседании имеет еще и выраженный морально-этический аспект. Все это благоприятно характеризует деятельность единственного на данной административной территории учреждения здравоохранения.

Какова же ответственность конкретной медицинской сестры, виновной в нарушении техники внутривенного введения хлористого кальция? Каким образом лечебное учреждение должно покрыть понесенные в суде убытки? Согласно ст. 241 Трудового кодекса РФ работник за причиненный ущерб несет материальную ответственность в пределах своего месячного заработка, т. е. у администрации лечебного учреждения есть правовая возможность подать регрессный иск к данной медсестре о компенсации причиненного ущерба, но только в размере среднемесячного заработка. Воспользуется ли администрация больницы своим правом? На основании опыта аналогичных судебных процессов можно предположить, что в этом случае администрация ограничится дисциплинарным взысканием.

Подводя итог, отметим, что в России существует достаточно сложная и многоуровневая система разрешения правовых конфликтов с пациентами. В то же время для полноценной защиты своих прав как получателям, так и производителям медицинских услуг необходимо иметь юридические знания, которые позволят в полной мере воспользоваться преимуществами и избежать недостатков реально существующих правозащитных механизмов.
Категория: Приказы Минздрава | Добавил: cmc24
Просмотров: 866 | Загрузок: 0